Вход

Как правильно подготовиться к путешествию? Виталий Сундаков

Секреты успешной исследовательской экспедиции: состав и цели группы, эффективный лидер, идеальный конечный результат

Российский путешественник, президент Фонда русских экспедиций и путешествий, член Русского географического общества Виталий Сундаков дает организаторам путешествий и экспедиций советы, основанные на многолетнем личном опыте. Что нужно знать руководителю научно-исследовательских поездок? Как решение научных задач зависит от состава группы? Должны ли обязательно совпадать цели участников поездки? Что делать, если одни участники экспедиций хотят приключений и риска, а другие – комфорта? Как быть, если человек заплатил за поездку большие деньги, но не может пройти маршрут? Какое решение должен принять руководитель? Нужно ли брать в путешествие специалистов? Что может предложить группе путешественников человек, который «в теме», научный лидер? Как руководитель решает не только организационные, но и правовые и экономические вопросы? Может ли руководитель группы воздействовать на местных проводников, которые пытаются диктовать свои условия? Как добиться идеального конечного результата в экспедиции: поступать по определенным правилам или иногда действовать вопреки логике?

Виталий Сундаков: Приходят ко мне люди и говорят, Виталий Владимирович, мы хотим, чтобы Вы были руководителем нашей экспедиции. Я говорю, какой экспедиции?» Они говорят, по Африке, 5-6 стран по Африке, мы хотим на джипах проехать через 5-6 стран. И сообщают, что если Вы будете руководителем нашей экспедиции научно-исследовательской, то нам дадут деньги, и мы сможем поехать. А поскольку она научно-исследовательская, то какая такая научно-исследовательская деятельность предполагается? Они говорят, может, Вы подскажите? Я говорю, я могу подсказать, вот такая может быть, вот такая. Здорово, да, давайте вот такая. Я говорю, в этом случае все хорошо, есть одно единственное «но», которое прежде, чем я дам согласие, я должен Вам озвучить. И что это за «но»? Я говорю, я поменяю весь состав экспедиции, потому что тем составом, который Вы предлагаете, эти научные цели недостижимы, там нет этого специалиста, этого, этого. Они говорят, нет, этот состав – это мы и есть. Я говорю, да, поэтому если с Вами, то там никаких научных целей мы с Вами, задач, которые декларируем, не решим, если с другими, то Вы тут ни при чем. Компромиссный вариант существует, как Вы думайте? Конечно, существует, если они находят средства, чтобы взять специалистов с собой, которые решат научно-исследовательские задачи, а сами будут помощниками, участниками научно-исследовательской экспедиции. Вот, собственно, подобные компромиссы позволяют иногда осуществлять путешествия с содержанием экспедиционного смысла, по-другому не бывает. Зачастую недостаточно одного лидера, если это серьезная научно-исследовательская экспедиция, а если это вообще взгляд на тему, то да, достаточно, достаточно, если есть человек, который в теме, и он предложит свою точку зрения, анализ, терминологию и так далее, который сделает эту поездку интересной.

Поэтому мы отправляемся в поездку за впечатлениями, научно-исследовательской деятельностью заниматься, сложный климато-географический регион, степень комфорта нашего проживания, тут в палатках на слонах живем в джунглях, или мы в трёхзвёздочном отеле, поэтому тоже разное. Мы, как бы, все одинаковые, мы с одного коллектива или друзья, или мы абсолютно разные люди, которые разные задачи, в принципе, ставят, одни хотят приключений и риска, другие хотят комфорта, третьи хотят узнать что-то новое о мире, а четвертые со знакомыми, Ивановым, Сидоровым сфотографироваться и сказать, что они здесь были на короткой ноге в такой-то стране, и так далее. Разные, и там это вдруг может обнаружится, поэтому прежде, чем отправиться туда, нужно понять, что движет этими, то есть ответить на эти вопросы. Поэтому это не советы людям, это советы организаторам, прежде, чем Вы это осуществляете, потому что это гораздо сложнее, чем просто туристическая поездка, хотя просто в туристической тоже есть проблемы. Когда кто-то водителю говорит, остановите, мы в туалет хотим, другие говорят, так мы будем до утра ехать, терпите уже, Вы раньше могли это сделать, поедим мы или не поедим, холодно или жарко, добавить кондиционер или убавить, начиная с простых вещей даже в туристической поездке, уже закладываются разного рода конфликты и неурядицы. А если это сложный маршрут, сложная территория, сложная деятельность, то тут их значительно больше, но решаются они проще, если это формат экспедиции, если есть руководитель, если есть возможность приказать, а если не исполняют его приказания, какие-то дисциплинарные меры могут существовать. Хотя тоже все не так однозначно, люди заплатили сумасшедшие деньги, и мы поднимаемся с ними на одну из величайших вершин мира, и они ждали этого ни один год в графике, и на определенном этапе мы встречаем, например, замерзающего человека, или кто-то из состава нашей группы вывихнул или сломал себе ногу, и тебе теперь нужно спустить этого человека вниз, и время закончится, все, никто туда уже наверх не поднимется, а люди заплатили большие деньги, они ждали этого. Что, бросить этого человека? Ведь тащить его туда с собой невозможно, некому его спустить, давайте, я – руководитель, я его вниз спущу, а Вы туда без меня идите. Да они там все могут погибнуть, и ты должен принять решение, вне зависимости от того, а люди потом могут в суд на тебя подать, заплатили деньги, все, а нас он не довел до верха, заставил нас всех спуститься. И я таких десятки приведу случаев, когда я лично должен был принять решение, которое бы устраивало большинство или не большинство, а лично меня по тем или иным причинам, и так далее. Вот их очень много, и они граничат и с правовой формой, причем с правовой формой не только нашей, но и того государства, на территории которого мы находимся. Или с правовой формой людей тех государств, которые включены в состав твоей группы. Представляете, сколько там всяких нюансов. Потом, там шкала некая моральной нравственности, зоны ответственности, экономика, временные интервалы и так далее. И чем сложнее, собственно говоря, экспедиция, тем большее количество вопросов, которые нужно решать на берегу, и нужно понимать, что нужно туда включать, как к этому относится и так далее. Тогда эффективность от подобной экспедиции будет самая высокая.

Например, в советские времена придумал и проводил такие робинзонады на необитаемых островах для детей и подростков. Участвовало несколько миллионов людей в процессе, «Пионерская правда» такая газета была, я там рубрику вел «До 16 и старше», типа программа, конкурс, отбирались дети, потом они обучались, проходили обучение в «Артеке», в «Орленке», в «Океане», в пионерских лагерях, и потом они высаживались на необитаемые острова, и там собственно проходили эти мероприятия, и про это снималось кино. И когда было такое мероприятие, и у одного ребенка, у девочки подозрение на аппендицит, а остров необитаемый большой, правда, в одном его конце там пограничники, база пограничников была, и разделяли этот остров болота. Я оставил инструкторов и сказал, что сам я сейчас отправляюсь к пограничникам, чтобы срочно эвакуировать девочку. И один из гражданских, сказал, что я пойду с тобой. Я говорю, мне будет очень трудно. Нет, я все равно пойду. Хорошо. Я опускаю ряд трудностей, когда срубили осинку, мы ее тащили, зачем мы ее тащим, сами не знаем, потом дошли до болота, осинка пригодилась, потом мы ее еще тащили, потом бросили, она не пригодилась, но мы ее тащили, потому что было неизвестно, пригодится или нет. И в итоге, когда мы уже шли по болоту, у него уже не было никаких сил, он начал просить, чтобы я его понес, хотя он в два раза тяжелее меня, и уже изгневное состояние все знают, потом он начинает плакать, потом он останавливается, говорит, все, я дальше не могу, и погружается, я его выдергиваю, он погружается. И тогда я ему говорю, поскольку я знаю твоих родителей, скажи, что передать им, я сейчас облегчу твое бремя. И я достаю нож, приставляю к его горлу, он смотрит мне в глаза, я смотрю ему в глаза, и оставшуюся часть пути он идет впереди меня в 15 метрах до суши. Потом падает на суше вниз лицом, дальше я иду уже сам, к пограничникам, вертолет, катер, мы эвакуируем девочку, все нормально. И человек этот потом меня все время спрашивает, скажи, ты бы сделал это или нет? Я говорю, я не знаю, потому что, если бы я ему сказал, нет, не сделал бы, значит, я его развел, если бы я ему сказал, что сделал бы, это не было бы правдой, и мне с этим дальше жить. То есть отношения у нас испортились, что называется, но человек остался жив. Вот что? Какой такой я могу прописать этот прием, если кто-то Вас не слушается, достаньте нож, приставьте горло. Нет, конечно, это все зависит от ситуации, и они всегда разные.

И как я могу наказать, я, допустим, нанимаю какого-то проводника где-нибудь в Колумбии или в Боливии, мы идем через джунгли в Амазонии и укладываемся спать в гамаки, я ночью вылетаю из гамака на уровне рефлексов уже, и в этот гамак втыкается нож и разрезает этот гамак, потому что меня хотели зарезать с целью ограбить. Когда я потом спрашиваю проводника, а где ты был, ты видел, что к нам ночью кто-то приближается? Да, я видел. И что? Я спрятался. Я говорю, а что же ты мне не сказал? Он говорит, это не входит в мои обязанности, ты мне за это не платишь. Я - проводник и переводчик, твои проблемы. Я могу как-то его наказать? Нет. Или мы договариваемся о вознаграждении, и в середине пути человек тебе говорит, нет, давай в 2 раза больше, у тебя нет этих средств, и опять как ты на него можешь воздействовать? Это все нужно предусматривать заранее.

Или где-нибудь в Непале я беру проводника, мы с ним начинаем договариваться, я говорю, слушай, пойдем, сядем, вон там поговорим. И усаживаю его под статую Бога Правды, и там мы с ним разговариваем, и, если он там скажет неправду, а при этом я знаю, что он приверженец этой традиции. Он говорит, слушай, пойдем там лучше поговорим, я говорю, нет, мы здесь поговорим. Потому что все, что он скажет возле статуи этого Бога, он неукоснительно сделает, это уже знание других вещей. И это главный аргумент, главная гарантия, вернее, потому что никакая ни подпись для этого крестьянина не имеет никакого отношения. А ты возлагаешь на него надежды, и на грани срыва может оказаться твой вояж, если этот человек по каким-то причинам поменяет правила, передумает или испугается, например, и не пойдет дальше. У меня так было в Амазонии с индейцами, когда проводники на определенном этапе дальше отказывались идти, потому что боялись. А был случай на противоположном конце планеты, когда человек пошел со мной проводником, получил стрелу в живот. Поэтому это все умение найти идеальный результат при существующих обстоятельствах, которые складываются из многофакторных, что за люди, где, когда. Даже есть такая дисциплина «ИКР», идеальный конечный результат, в ТРИЗе, теория решения избирательных задач, где на меня ссылаются как на персонажа, использующего приемы контр-инстинктивного поведения, потому что люди поступают согласно инстинкту, а иногда нужно поступить ровно наоборот для того, чтобы минимизировать ущерб и остаться в живых. И этому не научишь на примерах, один пример, второй пример, третий, или на инструкции, написал инструкцию, следуя этой инструкции. И чем круче ты эксперт, глубже или выше, тем большее количество вопросов ты должен задать, прежде, чем ты дашь более-менее общую рекомендацию, пока не увижу, что за люди, куда они отправляются, зачем, какими ресурсами обладают, на кого рассчитывают, на что полагаются, в какое время года это происходит, что сейчас на этой территории, и так далее, и так далее. У меня есть отдельная тема, рекомендации, скажем, отдельная тема, которая называется «О антисоветах и антисоветчиках, или об опасных советах о безопасности». Нельзя давать общие советы, не понимая вообще кому ты их даешь.

Последнее изменениеВторник, 15 Сентябрь 2015 16:50
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии